Нагасаки сначала запоминается не тем, чем должен бы по всем путеводителям. Не Парком мира, не церквями и даже не портом. Первое, что замечаешь, — город всё время куда-то поднимается.
Улица идёт вдоль воды, потом сворачивает, становится уже и внезапно превращается в лестницу. Дома забираются на склоны, между ними появляются подпорные стены, а сверху снова открывается гавань. Нагасаки вообще трудно представить плоским. Порт здесь будто лежит на дне огромной чаши, а город постепенно поднялся по её краям.
Наверное, поэтому он и ощущается совсем не так, как Токио или Осака. Нагасаки заметно меньше, спокойнее, местами даже немного провинциальный, но история здесь постоянно вылезает из-за очередного поворота: китайский храм, европейский дом, католическая церковь, старый торговый квартал.
И всё это соединяет трамвай.
Трамвай здесь действительно лучший транспорт
По Нагасаки удобно ездить именно на старых добрых городских трамваях. Маршрутов немного, основные туристические районы ими охвачены, а остановки объявляются и обозначаются достаточно понятно, чтобы даже в первый день не чувствовать себя окончательно потерянным.
Мне в нагасакском трамвае особенно нравится то, насколько он подходит самому городу. Метро здесь выглядело бы почти неуместно. А небольшой вагон идёт прямо по улице, останавливается возле торговых кварталов, церквей, мостов, потом снова протискивается между домами.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
Иногда из окна видно место, возле которого хочется выйти, хотя его вообще не было в плане. В большом городе обычно думаешь: ладно, потом вернусь. В Нагасаки проще выйти сейчас. Следующий трамвай всё равно придёт.
Есть, правда, одна особенность, которую быстро начинаешь учитывать: расстояние на карте мало говорит о том, насколько лёгкой будет прогулка. Два объекта могут находиться совсем рядом, но между ними окажется приличный склон.
После третьего подъёма начинаешь смотреть на карту уже с некоторым подозрением.
Нагасаки долго жил лицом к морю
Чтобы понять местную архитектурную мешанину, достаточно вспомнить, что город столетиями был одним из главных японских окон во внешний мир.
В разные периоды сюда приезжали китайские торговцы, португальцы, голландцы, позднее британцы и другие европейцы. Даже во время политики ограничения внешних контактов торговля с голландцами продолжалась через Дэдзиму — искусственный остров в порту.
Сегодня Дэдзима уже не выглядит островом: береговая линия давно изменилась, город окружил бывшую торговую факторию со всех сторон. Но историческую застройку восстановили, и внутри довольно хорошо чувствуется сама странность этого места. Несколько сотен лет назад небольшой участок земли был одной из очень немногих точек, через которые в Японию попадали европейские книги, приборы, медицинские знания и товары.
Сейчас рядом ходят трамваи и стоят современные здания. История в Нагасаки редко получает отдельную декорацию — город просто продолжает жить вокруг неё.
Софукудзи выглядит так, будто его перенесли из другого города
Особенно хорошо это ощущается возле Софукудзи.
После японских буддийских храмов его красные ворота и архитектура сразу выбиваются из привычной картинки. Храм строила китайская община Нагасаки, и происхождение здесь совершенно не пытаются спрятать: красный цвет, детали крыш, оформление зданий заметно отличаются от того, что несколькими остановками раньше воспринималось как «обычный японский храм».
Именно в таких местах начинаешь понимать, что международная история Нагасаки — не позднее украшение города для туристов. Китайское присутствие здесь насчитывает столетия.
Недалеко находится и Синти — нагасакский китайский квартал. Он значительно меньше йокогамского, зато его удобнее воспринимать как часть самого города, а не отдельный туристический мир.
Если попасть сюда во время Фестиваля фонарей, эта часть Нагасаки вообще становится другой. Но даже без фестиваля достаточно пройти несколько улиц, а потом снова сесть в трамвай — и китайский Нагасаки довольно быстро сменится европейским.
Оура и Гловер-гарден находятся рядом, но рассказывают две разные истории
В районе Минами-Яматэ город снова меняется. Здесь уже не красные китайские ворота, а европейские дома, церковь и улицы бывшего иностранного поселения.
Оура — одна из старейших сохранившихся церквей Японии. Первая церковь на этом месте была построена в 1864 году, когда страна только начинала вновь открываться внешнему миру.
Красивое здание легко воспринимать исключительно как архитектурную достопримечательность, но история у него куда интереснее фасада. Именно здесь вскоре после открытия произошла знаменитая встреча с японскими скрытыми христианами — людьми, чьи семьи сохраняли христианскую веру поколениями во время запрета религии.
Наверное, поэтому Оура производит немного другое впечатление, если заранее об этом знаешь. Перед тобой уже не просто неожиданная европейская церковь посреди японского города.
Выше на склоне находится Гловер-гарден. Вот туда я бы не торопился.
Сад хорош не каким-то одним зданием, а сочетанием домов, склона и порта внизу. Старые европейские особняки стоят среди растений, дорожки постепенно уходят выше, а между крышами всё время появляется гавань.
Самый известный дом принадлежал шотландскому предпринимателю Томасу Блейку Гловеру, который приехал в Японию в XIX веке и занимался торговлей, судостроением и промышленными проектами. Его имя вообще довольно плотно вплетено в историю модернизации Нагасаки.
Есть у дома ещё одна история — гораздо красивее, но уже не такая достоверная.
Десятилетиями его связывали с оперой Пуччини «Мадам Баттерфляй». Нагасаки действительно является местом действия оперы, а вид из Гловер-гарден настолько хорошо подходит под представление о доме Чио-Чио-сан, что легенда приклеилась почти идеально.
Только прямых исторических оснований считать дом Гловера прототипом её жилища нет.
Самое занятное, что официальный Гловер-гарден сегодня рассказывает эту историю довольно честно. Название «Madame Butterfly House» закрепилось за зданием уже после войны, когда там жили представители американских оккупационных сил. Потом красивая ассоциация оказалась настолько полезной для туризма, что начала повторяться как почти установленный факт.
Мне эта версия даже нравится больше. Получается маленький пример того, как создаются городские легенды: сначала кто-то однажды смотрит с веранды на порт и говорит, что место похоже на декорацию к известной опере. Через несколько лет уже кажется, будто Пуччини лично стоял здесь с блокнотом.
А вид действительно подходит.
Пожалуй, именно ради него в Гловер-гарден стоит задержаться. Нагасаки отсюда хорошо виден как портовый город: вода, верфи, дома на противоположных склонах. Если до этого всё время ходил среди зданий, наконец становится понятно, как они расположены относительно друг друга.
Есть часть Нагасаки, о которой невозможно писать туристическим тоном
9 августа 1945 года в 11:02 над районом Ураками взорвалась атомная бомба.
Эта дата настолько прочно связана с названием Нагасаки, что иногда весь город сводят к одному событию. На месте это ощущается иначе. Трагедия присутствует здесь очень сильно, но современный Нагасаки живёт вокруг неё — с трамваями, школами, жилыми домами, магазинами и людьми, которые просто идут по своим делам.
Район Парка мира лучше не пытаться осматривать впопыхах между двумя другими достопримечательностями.
Сначала можно пройти к гипоцентру — точке на земле под местом, где примерно в 500 метрах над городом произошёл взрыв. Сейчас там зелёный парк и чёрная каменная колонна.
Наверное, самое сильное здесь именно несоответствие. Тихо, растут деревья, кто-то идёт по дорожке. Нужно сознательно напомнить себе, что произошло над этим местом.
В земле сохранили и слой разрушенного города — кирпичи, черепицу, оплавленное стекло. На меня такие детали обычно действуют сильнее больших монументов. Один искривлённый предмет иногда объясняет больше, чем десять абзацев с цифрами.
Чуть дальше находится Нагасакский музей атомной бомбы.
Я бы оставил на него время и не строил после музея слишком плотных планов. Экспозиция начинается спокойно, почти документально, но довольно быстро переходит от устройства бомбы и хронологии событий к личным вещам погибших, фотографиям и свидетельствам выживших.
После таких музеев мне всегда требуется некоторое время просто пройтись.
Рядом находится собственно Парк мира с большой статуей работы скульптора Сэйбо Китамуры. Правая рука фигуры поднята вверх, указывая на угрозу атомного оружия, левая вытянута горизонтально как символ мира.
Можно прочитать объяснение символов заранее. Но после музея статуя уже не особенно нуждается в расшифровке.
Даже атомная бомбардировка здесь неожиданно пересекается с историей христианства
Недалеко стоял собор Ураками — центр крупной католической общины. Во время взрыва он находился совсем близко к гипоцентру и был практически уничтожен.
Позднее собор восстановили.
Это один из тех нагасакских сюжетов, где разные исторические слои города внезапно оказываются связаны между собой. Христианство, которое веками запрещали; община, сумевшая сохраниться; большой собор — и затем катастрофа 1945 года.
Некоторые повреждённые элементы старого здания сохранились как памятники. Один из бывших колоколов пережил взрыв и снова звучит.
После Парка мира такие вещи уже не воспринимаются как ещё один красивый факт для путеводителя.
Нагасаки вечером опять становится обычным портовым городом
И это, наверное, важно.
Можно провести несколько часов в музее и мемориальном районе, потом сесть в трамвай — и через некоторое время снова оказаться возле гавани, ресторанов и людей, которые выбирают, где поужинать.
Город не существует в постоянном трауре. Мне кажется, это иногда трудно понять человеку, который знает Нагасаки исключительно по учебнику истории.
Если остались силы, стоит подняться на Инаса-яму. Со смотровой площадки особенно хорошо видно географию города: порт вытянут в глубину, освещённые кварталы поднимаются по склонам, дороги повторяют рельеф.
Днём Нагасаки кажется довольно компактным. Ночью огни на холмах неожиданно показывают, сколько города было спрятано выше уровня гавани.
А за горячими источниками лучше ехать уже из Нагасаки
Ундзэн часто добавляют к описанию Нагасаки почти как пригород: посмотрели город, сели в автобус, через пару часов уже сидим в онсэне.
Формально такая поездка возможна, но место заслуживает отдельного дня, а лучше ночёвки.
Ундзэн находится на полуострове Симабара. Это горный район с горячими источниками, старым курортом и вулканическим массивом Ундзэн.
Сам курорт первым делом выдаёт себя запахом.
Возле так называемых «адов Ундзэна» пар поднимается прямо из земли, вода и грязь бурлят между камнями, воздух пахнет серой. Дорожки проложены буквально среди участков вулканической активности.
После аккуратного города это довольно резкая смена декораций. Утром едешь вдоль нагасакской гавани на трамвае, а к вечеру стоишь среди белого пара и слушаешь, как где-то под деревянным настилом булькает земля.
Онсэны здесь появились, разумеется, не случайно. Горячая вода — одна из самых приятных сторон жизни рядом с вулканом.
С высотой горы Ундзэн всё немного сложнее
В старых справочниках часто пишут, что «гора Ундзэн имеет три вершины» и что самая высокая достигает примерно 1360 метров. Так описание уже не работает.
Ундзэн — целый вулканический массив. Популярная для подъёма Фугэн-дакэ имеет высоту около 1359 метров.
Но рядом с ней теперь возвышается Хэйсэй-Синдзан — вершина, которой в привычном виде ещё несколько десятилетий назад просто не существовало.
Она образовалась во время извержений 1990-х годов, когда растущий лавовый купол изменил силуэт горы. Сейчас высота Хэйсэй-Синдзан составляет примерно 1483 метра, и это высшая точка массива Ундзэн.
Вот эта гора мне кажется гораздо интереснее сухой цифры.
Мы привыкли думать о горах как о чём-то почти неизменном: они были до нас и останутся примерно такими же после. А здесь люди буквально наблюдали, как появляется новая вершина.
Извержение при этом было далеко не красивым природным спектаклем. Обрушения лавового купола вызывали пирокластические потоки, погибли люди, были уничтожены дома. Район Хэйсэй-Синдзан и сейчас закрыт для обычного восхождения.
Зато новую вершину можно хорошо рассмотреть с маршрутов на Фугэн-дакэ и со смотровых площадок. Получается редкая возможность смотреть на совсем молодой кусок японского ландшафта.
Нагасаки вообще удобнее запоминать через такие столкновения
Европейская церковь рядом с японскими домами. Китайский храм в нескольких остановках от бывшего голландского торгового острова. Старый британский особняк с послевоенной легендой об итальянской опере. Парк мира посреди обычного живого города.
А чуть дальше — вулкан, который в конце XX века решил изменить собственную высоту.
Поэтому я бы не пытался посмотреть Нагасаки за несколько часов между поездом и следующим пунктом маршрута. Формально основные места действительно можно быстро соединить трамваем. Но тогда теряется именно то, чем город отличается от многих других японских городов.
Здесь интересно иногда выйти на остановку раньше.
Пройти по склону. Посмотреть вниз на порт. Случайно наткнуться на церковь или маленькое кладбище на холме. Потом долго спускаться обратно и обнаружить, что трамвайная линия, которая сверху казалась совсем рядом, всё ещё где-то далеко внизу.
Нагасаки постоянно заставляет смотреть на город с разных уровней.
Наверное, и его историю лучше рассматривать так же.
